Республика Абхазия г.Сухум ул.Леона д.9
‘Бизнес-Центр’, офис 205
тел: +7 940 910 60 06
       +7 940 752 20 20
email: k090108@yandex.ru
* Для того, чтобы мы могли быстро ответить на ваш вопрос, заполните все поля.

Как вы считаете, нужно ли изьять из уголовного кодекса статью 124 "Клевета" ?

СУХУМ—Как вы считаете, нужно ли изъять из Уголовного кодекса статью 124 «Клевета», оставив ее в гражданском праве?

Виктор: Да, эту статью вообще нужно убрать именно из Уголовного кодекса, потому что данная статья всегда будет являться инструментом осуществления репрессий против журналистов. Свобода слова – это основополагающая норма в демократическом государстве.

Анаид Гогорян: В России недавно вернули уголовную ответственность за клевету, а в Абхазии планируют ее отменить. Как вы думаете, отменят?

Виктор: Если наше правительство умное и понимает, что творится в России, оно отменит это.

Анжела Патарая: Я считаю, что эту статью в Уголовном кодексе оставлять не нужно. Ее можно перевести в Гражданский кодекс, потому что не хочется, чтобы такие журналисты, как Антон Кривенюк, расследуя какое-либо дело, подвергались преследованию со стороны закона. Чтобы этого человека осуждали, ему грозил какой-то тюремный срок или какое-то наказание – это абсолютно неправомерно. Гораздо проще и гораздо справедливее, если бы эта статья была бы в Гражданском кодексе.

Анаид Гогорян: В России недавно вернули уголовную ответственность за клевету, а в Абхазии хотят ее отменить. Как вы считаете, отменят?

Анжела Патарая: Абхазия – не Россия, Россия – не Абхазия. У каждой страны свои законы, я думаю, что не стоит их копировать. Просто в обществе, среди юристов должно быть обсуждение, и процесс должен быть открытый. Если общество считает, что нужно отменить, тогда стоит отменить, если нет, то не нужно. А копировать чей-то пример не стоит.

Соловьев Борис Григорьевич, житель г. Гудаута: Статью надо оставить, потому что многие граждане могут, что хочешь наговорить на человека, на руководителей, на чиновников, ничем не обосновывая факты, просто сказать — и все. А слух потом идет, гуляет. А таких, кто не может подтвердить факты, надо привлекать к уголовной ответственности.

Мария Хинтуба, адвокат, 27 лет: Я считаю, что статью о клевете необходимо исключить из Уголовного кодекса, так как необходимо вообще действовать в рамках смягчения уголовного законодательства. Оскорбление чести и достоинства является административным правонарушением, может быть оставлено как административное правонарушение, за которое вполне достаточно такого вида наказания, как штраф. Возможно, скорее всего, что мы пойдем по пути смягчения уголовного законодательства. Я надеюсь, что мы придем к тому, что мы исключим эту статью из Уголовного кодекса.

Нина Александрова Богайчук, 63 года, преподаватель географии средней школы №2: Уголовную ответственность должны нести не только журналисты, но и люди, которые занимаются клеветой. И следить за этим надо, потому что это моральное здоровье, нравственность населения. Что касается журналистов, то у них должна быть охранная грамота очень серьезная, эти люди должны быть под защитой. Требовать с них должны за проверенную информацию, но и защищать их нужно достаточно серьезно, потому что это небезопасная профессия. В Абхазии может не так остро стоит вопрос, а посмотрите, проанализируйте Россию. А мы недалеко ушли, мы рядом. И все, что творится там, перескакивает сюда.

Молодой человек: Такие вещи, как осуждение за клевету, не должны находиться в разряде уголовных преступлений и караться тюремным заключением и лишением свободы, поскольку таким образом очень легко любую критику свести к клевете. Людей, которые несут какие-то конструктивные предложения, их видение можно выдать за клевету и тем самым ограничить свободу слова. Поэтому это правонарушение нужно отнести к разряду гражданских.

«ДЕКРИМИНАЛИЗАЦИЯ ДИФФАМАЦИИ».

В пятницу, 17 августа, в Ассоциации работников СМИ РА прошел круглый стол на тему «Декриминализация диффамации». Разговор шел о необходимости вынести из Уголовного кодекса РА статью, предусматривающую уголовную ответственность за клевету.

Инициатива проведения круглого стола принадлежит журналисту независимой газеты «Чегемская правда», координатору проекта «Декриминализация диффамации в Республике Абхазия» Анаид Гогорян. Проект финансируется Чешской некоммерческой организацией NESEHNUTÍ в партнерстве с Сухумским Домом Юношества в рамках программы «Поддержка развития гражданского общества на Кавказе в 2012 году». Во встрече участвовали журналисты, юристы, депутаты Народного Собрания, представители Общественной палаты РА и неправительственного сектора. Модератором был журналист Валерий Кураскуа.

Беседу начал депутат Парламента РА Левон Галустян, который проинформировал о том, что по инициативе спикера в Народном Собрании уже прошли слушания по изъятию из УК РА статьи 124 о клевете, предусматривающей лишение свободы на срок от двух до пяти лет. Депутаты считают, что наличие этой статьи в Уголовном кодексе не соответствует прогрессивной международной практике. Общественная палата также высказывалась за изъятие этой статьи из УК РА. Галустян пояснил, что в Административном кодексе РА есть статья о защите чести и достоинства, она предполагает ответственность в виде штрафов и этого достаточно для привлечения к ответу за необоснованные высказывания. Он сообщил, что Парламент готов пойти по пути увеличения штрафов вместо лишения свободы.

Юрист Общественной палаты РА Саид Гезердава считает, что исключать из Уголовного кодекса надо не всю статью, а только часть 2, которая определяет ответственность за публикацию в СМИ порочащих сведений и фактов. В практике европейских стран журналистов не преследуют за диффамацию.

Гезердава также сослался на экспертов международной правозащитной организации «Артикль XIX», которые считают, что статья о диффамации защищает не чиновника, а государственный порядок. Происходит подмена понятий и возникает очевидное неравенство. Жестко пресекая свободные высказывания в прессе, государство лишает СМИ возможности сформировать механизмы саморегулирования. Нельзя не учитывать тот факт, что любой чиновник – не частное лицо, а, в первую очередь, публичная фигура; международные стандарты требуют от него большей терпимости и готовности к критике, так как его действия представляют общественный интерес.

Некоторые люди в обществе высказывают опасения, что, если изъять статью 124 из УК РА, то СМИ начнут поливать всех подряд грязью. Это невозможно и нереалистично. Есть и другой аспект: чтобы квалифицировать действия по этой статье, необходимо доказать, что имело место распространение заведомо ложной информации. Специалисты считают, что доказать это практически невозможно.

Главный редактор газеты «Чегемская правда» Инал Хашиг считает, что все процессы, которые проходили по этой статье, были политическими и преследовали главную цель – «закрыть рот журналистам». Ему не нравится наличие статьи 124 в Уголовном кодексе РА, но и увеличение штрафов не приемлемо для СМИ, хотя, возможно, предпочтительно для чиновников. «Попробуйте сегодня посадить журналиста! – сказал он. – Это вызовет волну общественного возмущения. А начните присуждать неподъемные штрафы, и все газеты закроются!». Штрафы могут еще быстрее уничтожить свободу слова в нашей стране, — полагает И. Хашиг. Редактор «Чегемской правды» затронул и тему независимости судов. Он считает, что мы свыклись с тем, что у нас зависимый суд, давно назрела реформа судебной системы.

Юрист парламента Зарина Габеева отметила, что в законодательстве есть пробелы, но нет механизмов, регулирующих распространение сведений о должностных лицах. Надо принять ряд законов, в частности, об освещении деятельности судов, госорганов и главы государства. В законодательстве отсутствует понятие информационной деятельности. Мы все говорим об информации, но, по сути, не понимаем и не знаем, что это такое. Распространение сведений касается и жизни частных лиц, не определена та грань, которая отличает частное лицо от публичной фигуры, — заметила она.

Секретарь Общественной палаты РА Нателла Акаба считает, что «пока у нас такой суд, мы не сможем что-либо изменить, не сможем обеспечить эффективную защиту от диффамации и право общества на получение информацию». В Абхазии человек, который идет во власть, думает, что приобретает статус небожителя. Надо, чтоб он понимал, что становясь публичной фигурой, он становится очень уязвимым для критики. Критиковать его – это право общества. «Мы считаем, что ненормально отправлять человека в тюрьму за то, что он высказал свое мнение, – отметила она. — В случае с журналистом Кривенюком не было никакого разбирательства, никто не углублялся в дело и не доказал, что он лжет, тем не менее, его осудили».

«Мы часто говорим о проблемах и ссылаемся на наш суд, а суд у нас такой же, как и все остальное, – считает адвокат Тамаз Кецба. – Судебная система, как государственный орган, наделена теми же пороками, которыми страдают исполнительная и законодательная ветви власти. Если мы переведем наказание в область штрафов, то у гражданского общества не будет средств эти штрафы выплачивать, а чиновник наказание в виде штрафа на сумму в 50-100 тысяч рублей сочтет не достаточным. Чтобы что-то менять, надо культивировать демократические традиции».

Директор неправительственной организации «Гражданская инициатива и человек будущего» Лейла Тания отметила, что абхазские политики с удовольствием в своих праздничных отчетах хвалятся тем, что в Абхазии есть независимые СМИ, оппозиция и разные партии, но глубинного осознания того, что это необходимо для развития общества, у них нет.

Свобода слова, публичная критика, свободная дискуссия в обществе – это возможность влиять на принятие решений и осуществлять общественный контроль, — сказала она. По словам Тания, власть сама должна быть заинтересована в том, чтобы у граждан была возможность свободно высказывать свою точку зрения, это снижает напряжение в обществе. Журналистов, по ее мнению, осуждают за аналитические статьи, в которых она не видит злого умысла. «Антон Кривенюк, которого осудили, оказался прав, жизнь доказала это, — сказала она. — В нашей ситуации не обязательно сажать или штрафовать журналистов; средством давления на них является и рассылка предупреждений. Есть ли у нас механизмы, способные ограничить возможность чиновника использовать свое положение для оказания давления на СМИ или граждан? Надо думать о том, как защитить свободу общественной дискуссии от вмешательства чиновников».

«Я подала в суд на чиновника, так как считаю, что ни одно должностное лицо не вправе ограничивать ни мое, ни другого человека право выражать свое мнение», – заявила она. Европейский суд по правам человека признает за СМИ право на любую форму подачи информации (ироничную, провокационную, другую) и утверждает приоритет свободы слова над репутацией чиновника.

Для депутата парламента Ахры Бжания, свобода слова – это не только морально этический момент, но и рабочий. Закрытые от общества системы абсолютно не эффективны. У них нет поддержки на низовом уровне и нет подпитки извне. Если чиновник недоступен критике, он начинает думать о себе, что все знает и все может. Свобода критики – это инструмент эффективного функционирования общества. Поэтому депутат согласен с тем, что свободу слова нельзя ограничивать.

«Надо работать на всех фронтах, – считает сотрудник Центра Гуманитарных Программ Лиана Кварчелия. – Решение любой проблемы требует комплексного подхода, но надо с чего-то начинать. Учитывая сегодняшнюю ситуацию в судебной системе, имеет смысл не только декриминализовать статью 124 УК РА о клевете, но и не повышать штрафы, поскольку это может ограничить свободу слова. К сожалению, плохо работает закон «О доступе к информации». Нежелание чиновников предоставлять информацию приводит к тому, что журналисты вынуждены домысливать, а потом их за это наказывают. С другой стороны, такая ситуация в определенном смысле на руку оппозиционным СМИ, которые могут домыслить все, что угодно, имея полное право обвинять чиновников в том, что они не предоставили им информацию. Складывается порочный круг. Разорвать его можно, если декриминализовать статью о клевете и требовать от чиновников больше прозрачности в соответствии с законом «О Доступе к информации».


Возврат к списку